Экхарт Майстер

Родился: ок. 1260, Хоххайм, Тюрингия, Германия.

Умер: ок. 1327, Кёльн, Германия, или, вероятнее, Авиньон, Франция.

Главные сочинения: «Проповеди», «Комментарии к Книге Бытия и Евангелию от Иоанна» (из неоконченного opus tripartitum), «Речи о различиях» (до 1298), «Книга божественных утешений» и «О дворянине» (ок. 1315), «Об отрешенности» (ок. 1315).

Главные идеи

За «Богом» скрывается Божество: это значит, что «Бог» как Отец, Сын и Дух — только репрезентация истинного Бога, или Божества.

Основа Бога и основа человеческой души тождественны; следовательно, Бога, или слияния с Богом, следует искать внутри себя: так совершается «рождение Сына Божия в душе».

Бог не может быть «познан» разумом, но только путем непосредственного опыта, переживаемого обычно как следствие незаинтересованности и отрешенности, достигаемого, как правило, но не всегда с помощью практики аскезы.

Духовное и внутреннее выше материального и внешнего.

Иоганн Экхарт, или «Майстер» Экхарт, был основным представителем неоплатонического мистицизма в рамках средневековой церкви. Доминиканский монах, получивший образование в Парижском и Кельнском университетах (отсюда прозвание «майстер», или «учитель»), приор Эрфурта и викарий Тюрингии, наконец, глава всей Германской провинции ордена, популярный проповедник и духовный наставник, он пользовался огромной славой и оказывал большое влияние, особенно на прирейнское духовенство. Неудивительно, что ввиду своей популярности и влияния он был подвергнут критике со стороны Церкви и признан отступающим от здравого учения по ряду вопросов. Он отстаивал свою невиновность в Кельне, а в 1327 году отправился в Авиньон, чтобы защищаться от обвинений в ереси, выдвинутых против него в Кельне. Экхарт скончался до оглашения окончательного вердикта (Авиньон поддержал обвинителей).

Идеи Экхарта повлияли не только на ближайшие к нему поколения мыслителей, таких, как Генрих Сузо, Иоганн Таулер (чьи проповеди очень высоко ценил Мартин Лютер) и Николай Кузанский, на них с восторгом набросились немецкие идеалисты. Так, говорят, что Гегель, познакомившийся с трудами мистика благодаря Францу фон Баадеру, завершил лекцию об Экхарте следующими словами: «Da haben wir esja, was wir wollen» («Здесь перед нами действительно то, что нам нужно»).

В двадцатом веке школа «творческих спиритуалистов» поместила Экхарта в ряд множества других мистиков, хотя имела на это куда меньшее интеллектуальное право, чем Баадер и его современники. Наиболее общие мотивы спекуляции Экхарта, возобновляющиеся во всевозможных возрождениях идеализма, романтизма и мистицизма, — это, по-видимому, полное единство Бога, или Абсолюта, и вознесение человека к действительному участию в творящей и искупительной жизни Бога.

Мы не должны забывать, что философия Экхарта обусловлена мистическим, а значит, невыразимым опытом слияния с Богом, или Абсолютом. Этот мистический опыт был истолкован в рамках неоплатонической метафизики, подтвердившей его достоверность. Таким образом, возникла потребность в некотором синтезе между двумя концепциями действительности: действительности, воспринятой с неоплатонической точки зрения, с одной стороны, и действительности, описываемой догматами ортодоксальной тринитарной традиции, с другой.

При осуществлении такого синтеза Экхарт столкнулся с рядом затруднений: требовалось совместить неоплатонического Бога, понятого как чистое Бытие (вечная Форма), с Богом в Трех лицах; примирить неоплатоническую концепцию творения, имеющую истинное существование и происхождение в соответствующей идее (вечной Форме), с католической концепцией творения, вызванного к жизни творческим актом Бога; примирить неоплатоническую идею, согласно которой основа души тождественна основе Бога (а следовательно, душа имеет нетварную природу), с католической доктриной, согласно которой душа сотворена Богом; наконец, требовалось проповедовать невыразимое, а потому неописуемое, на удобопонятном и правоверном языке.

Нетрудно понять, что трудности, возникшие перед Экхартом, были почти, если не совершенно, непреодолимыми. Неудивительно, что его попытка примирить неоплатонизм с католическим вероисповеданием привела к обвинениям в ереси. Экхарт утверждал свою невиновность на том основании, что ересь требует намерения, сознательного акта воли, тогда как он всегда стремился соблюдать правую веру. (Мы не должны забывать и о том, что Экхарт, подобно многим мистикам и проповедникам, обычно писал и проповедовал в приподнятом, максималистском стиле. К примеру, он заявлял, что справедливый человек не просто подобен, но тождествен Христу, хотя он наверняка не зашел бы столь далеко, чтобы утверждать это в отношении любого конкретного индивидуума.)

Экхарт доказывал, что за Богом (Deus), т.е. Отцом, Сыном и Святым Духом, таится Божество (Deitas), или божественная основа Бога. Именно с этим Божеством, основой всего, чает соединиться наша душа. Хотя иногда Экхарт понимает своего Бога как intelligere, чаще всего он пользуется словом esse (Бытие). Этот Бог не просто бытие, или одно бытие в ряду других, он несотворенное бытие, лишенное всяких внутренних различий.

Такой взгляд ставил под сомнение верность Экхарта тринитарианству. В то время как защитники Экхарта предприняли немало усилий, чтобы показать, что он утверждал, что Отец, Сын и Святой Дух действительно неким образом тождественны божественной сущности, из большинства его утверждений очевидно явствует, что для Экхарта существенно в конечном счете именно нераздельное и неделимое единство Бога.

Бог и человеческая душа

Подчеркивая абсолютное единство Бога, Экхарт провозглашает единство Бога с творением, особенно с человеческой душой, ибо основа Бога и основа души — одно. Утверждая, что в действительности творец и тварь раздельны, Экхарт не может избежать возвращения к неоплатонической точке зрения, по которой все вещи исходят из Бога и в конце концов к Нему возвращаются. Само по себе все это не выглядит особенно проблематичным, но в допущении, что при падении в материю или числа какие-либо эманации (слово, хотя и скупо, но используемое Экхартом) сохраняют нечто сущностное от предыдущих эманации, кроется идея о фактическом единстве Бога и творения. Экхарт старается различать творца и творение, и все же в мистическом опыте может обретаться преодоление различенности и слияние с Богом. Обратившись к основе своей души, человек встречается с Богом. Здесь Экхарт употребляет такие термины, как «искорка души» (Seelenfiinklein, scintilla animae) и «основа души». Именно в основе души, совпадающей с основой Бога, совершается «рождение Божьего Сына в душе». Только здесь Бог познается как Бог.

В действительности, только Бог — достойный объект стремлений; слияние с Богом, или богопознание, — главнейшая цель человеческого существования. Каждый должен отрешиться от всего остального, даже от самой мысли об отрешенности, чтобы обрести непосредственный опыт Бога. Человек должен отвернуться ото всего, кроме своей души, кроме того, что у него внутри, «ибо творения только отпечатки стоп Бога, но по природе своей душа копия Бога». Это означает, что душа просто есть, без самопознания, чувств или представлений. Так Бог, который просто есть, может соединиться с душой. В отрешенности душа обретает не верное понятие Бога, даже не подлинный опыт Бога, но самого Бога. Экхарт говорит: «В вечном рождении душа становится чистой и единой. А потому ее существование тождественно существованию Бога». Когда в личности рождается Сын, тогда она рождается в Боге и, соединившись отныне с Богом, соучаствует в творении всего, находящегося в «вечном теперь». Человек, в чьей душе родился Бог или Сын Божий, в действительности соучаствует в творении самого себя. (Именно этим учением Экхарт навлек на себя серьезные подозрения. Даже с ограничениями, утверждение вроде нижеследующего звучит ошеломляюще: «...я причина самого себя, сообразно моему бытию, которое вечно, но не становлению, которое временно; а посему я нерожден (ungeboren) — я бытие, не имеющее рождения, — и, значит, я никогда не умру».)

Слияние с Богом

Будучи не только философом, но также священником и проповедником, Экхарт всегда стремился сообщить своей пастве необходимость слияния с Богом. Рождение Сына Божия в душе имело для Экхарта огромнейшее значение, и он вставлял эту мысль во множество проповедей. Ключом к нему, как мы уже видели, является незаинтересованность, или отрешенность (Abgeschiedenheit). Отрешенность означает отвержение материальных вещей не потому, что они злы, но потому, что они недостаточны. Таким образом, мы должны так или иначе отречься от внешних вещей: «Если тебе нужен орех, ты должен разбить скорлупу». Обычный путь к отрешенности пролегает через аскезу, хотя Экхарт указывает, что человек может привязаться даже к ней, тем самым уничтожая саму их цель. Следует отметить, что отрешенность не исключает деятельности. Она исключает только любую привязанность к объекту действия или к деятельности самой по себе.

Смысл отрешенности не в опыте Бога, но в единстве с Ним, причем мы должны забыть даже о цели, если чаем ее достичь. Человек должен умерщвлять плоть и ее желания, чтобы добраться до ореха, до общей, незаинтересованной основы Бога и души. Ты можешь заниматься делами или бездействовать, молиться или осуществлять дела милосердия — это все равно, ибо личность «одно» с Богом, а значит, неотождествима с внешними событиями своей жизни. В проповеди о Марии и Марфе (Ев. от Луки, 10:38 ел.) Экхарт ставит с ног на голову традиционное толкование Марии как воплощения созерцательности, а Марфы — как воплощения (чрезмерной) активности, выставляющее, тем самым, Марию примером для христиан. Образцом для подражания Экхарт рисует Марфу: она вполне соединилась с Богом, чтобы быть деятельной в миру, и в то же время вполне отрешена, чтобы не «привязаться» даже к учениям Иисуса.

Духовное и внутреннее

Как мы выяснили, духовное и внутреннее (ибо именно здесь пребывает чистота, или беспримесное бытие) выше материального и внешнего. Экхарт писал: «Нет ни одного физического или плотского удовольствия, которое не вредило бы духу, ибо желания плоти противны духу, а желания духа противны плоти». Он доходит даже до того, что утверждает, будто «удовольствие, получаемое нами от телесного облика Христа, ослабляет нашу чуткость к Духу Святому». Превосходство духовного над материальным с очевидностью проявляется в толковании Экхартом Священного Писания. Подобно многим ранним отцам Церкви и практически всем мистикам, он находит в Писании смысл внешний и внутренний. Снова мы сталкиваемся с оппозицией орех/скорлупа, пронизывающей все мировосприятие Экхарта.

Таким образом, Экхарт является истинным предшественником и, не побоимся сказать, прародителем романтизма и идеализма. При всем его мощном акценте на единство всех вещей в Боге, он, тем не менее, пытается не только сохранить место для единичной личности, но и превознести ее. Одновременно он выставляет на первый план требование полной отрешенности и деятельной любви; индивидуум обладает имманентным единством с Богом (основа души и основа Бога — одна основа) и в то же время отличается от Бога, творящего источника, или причины, а личность (в Боге) — это тот, «кто был причиной меня самого».

Как отмечалось выше, Экхарт пытался выразить сущность мистического опыта в формулах, которые не слишком расходились бы с ортодоксальным и приемлемым языком. Рудольф Отто сочувственно сравнивал Экхарта с индийским мистиком АкарьеЙ («Манстером») Шанкарой, свидетельствуя, пожалуй, не о еретичности Экхарта, но о том, что сам по себе мистический опыт — это опыт единства и, как и всякий опыт, оформляется в соответствии с теологическим и культурным окружением мистика. В случае с Экхартом эта закономерность доставила ему одни неприятности.

Отчасти влияние Экхарта было обусловлено его исключительным талантом проповедника и писателя. Тезис Экхарта о том, что обряды Церкви не столь важны, как внутреннее усвоение Бога (хотя он никогда не отвергал и не подвергал нападкам таинства Церкви), и его категорическое утверждение о том, что «Бог — это Бог присутствия», принесли ему широкое признание. В истории западной мысли его влияние дает знать о себе вновь и вновь.

Библиография

Мейстер Экхарт, Духовные проповеди и рассуждения. - Пер. М.В. Сабашниковой, М., 1912, перепечатка М . 1991.
Eckhart. Master, The Essential Sermons, Comentories, Treatises and Defense tr. by E Colledgу, O.S.A and B. McGinn. Ramsey, N.J.: Paulist Pres, 1981.
Clark, J M . The Great German Mystics, New York; Russel & Russel, 1949, 1970.
Clark, J M . Meister Eckhart: An Introductin to the Study of His Works with an Anthology of His Sermons, Edinburgh: Nelson, 1957.

Великие мыслители Запада. — М.: Крон-Пресс, 1999