Юнг Карл Густав

Родился: 1875, Кессвиль, Швейцария.

Умер: 1961, Цюрих (Кюснахт), Швейцария.

Главные труды: «Символы трансформации» (1911), «Психология и алхимия» (1944), «Ответ Иову» (1952), «Воспоминания. Сны. Размышления» (1961).

Главные идеи

Существуют особые личностные типы, характеризующиеся экстраверсией или интроверсией, и четыре функции сознания: ощущение, мышление, чувствование и предвидение (интуиция).

В душе каждого индивидуума имеется личное бессознательное, состоящее из личной биографии, и коллективное бессознательное, состоящее из образов или архетипов, общих всем людям; эти образы часто проявляются в снах, сказках и мифах.

Каждый индивидуум устроен таким образом, что ему присуще внутреннее стремление к совершенству, или к своей судьбе.

Индивидуация, или достижение личностной целостности, имеет место во второй половине жизни.

Сны берут свое начало во «всеобъемлющих глубинах» и стремятся восполнить пробелы в жизни бодрствующего индивидуума, облегчая ему осознание несовершенств своей личности и способствуя их преодолению.

Сын швейцарского реформистского пастора, Карл Густав Юнг обогатил науку психологии изучением мифологии и религии. Воодушевленный толкованием двух сновидений, он поступил на медицинский факультет Базельского университета, заодно интенсивно пополняя свои знания по философии и религии. Он «подпал под безвозвратное очарование» психиатрии, прочтя Lehrbuch der Psychiatrie Крафта-Эббинга, и поступил в Цюрихский университет, чтобы изучать психиатрию под руководством Ойгена Блойлера.

Будучи поначалу сторонником и Другом Фрейда, около 1913 года Юнг с ним порвал, чтобы основать «аналитическую психологию». Прежде всего он был разочарован фрейдовской теорией сексуальности, так как она, на его взгляд, не только была редукционистской, но и не оставляла места человеческому духу. Его также все больше беспокоило стремление Фрейда толковать свои идеи, особенно свою теорию сексуальности, как «догму» и «бастион» (против «оккультизма»). Он ценил труды и Фрейда и Альфреда Адлера, но считал, что их теории применимы в первую очередь к ранним периодам жизни. Юнг никогда не оставлял занятий религией, мифами, легендами, народными сказаниями и т.п., с особым интересом изучая философию гностиков и алхимию. Идя своим путем, он приобрел собственных последователей, и сегодня Институты Юнга функционируют во многих крупных городах.

Аналитическую психологию Юнга называли также «комплексной психологией». Юнг был первым, кто применил в диагностических целях технику словесной ассоциации. Заметив, что некоторые слова вызывают у пациентов особенно необычную поведенческую или вербальную реакцию (паузу, повторение и так далее), он заключил, что существуют скрытые констелляции чувств и идей, или «комплексы», отражающие травматические влияния или определенные несовместимые тенденции». Ввиду того что эти комплексы взаимодействуют с жизнью Личности, они подлежат выявлению.

Юнг приспособил тесты с использованием словесной ассоциации к изучению мифологии и истории религий. Так, работая с североамериканским племенем пуэбло, Юнг проник в религиозные верования этого племени (о которых ничего не сообщалось прямо) путем «пробных замечаний», которые вызывали те «аффективные движения, что столь хорошо мне знакомы». Таким образом, необычность реакции убедила Юнга в том, что он натолкнулся на весьма серьезную проблему. Работа с этническими группами по всему свету — особенно в Северной Америке, Африке и Индии — только укрепила его уверенность в существовании универсальных архетипов и коллективного бессознательного.

Одним из важных юнговских открытий явилось определение психологических, или личностных, типов. Два основных типа, или мироотношения, — это экстраверсия и интроверсия. Типичный экстраверт стихийно расходует свою энергию на внешний мир и выглядит общительным; интроверт погружен в себя и кажется порой отстраненным. Индивид является экстравертом или интровертом в большей или меньшей степени. Обычно один из личностных типов доминирует, не вытесняя при этом другой.

Наряду с близостью к одному из этих личностных типов в каждом человеке проявляются доминирующие функции сознания. Юнг выделял четыре такие функции: ощущение, интуиция, мышление и чувство. Под ощущением Юнг подразумевал данные, обычно получаемые с помощью органов чувств. Интуиция представляет собой нечто схожее с наитием: это — восприятие, по-видимому, спонтанно притекающее извне. И ощущение, и интуиция, так сказать, «даны», так как они являются невольными реакциями на один или несколько раздражителей. Это не просто различные, но противоположные способы восприятия.

Под мышлением Юнг подразумевал психический процесс понимания или осмысления вещей в обычном истолковании этого термина. Мы вправе считать, что оно представляет собой «логический», или «объективный», подход к вещам. Функция чувства сравнивает вещи, объявляя их ценными или нет, приятными или неприятными.

Типы и функции личности — это реакция человеческого сознания на жизнь. Юнг не втискивал индивидуумов в узкие категории, но намечал общие тенденции или способы бытия в мире. В пользу теории типов говорят определенные факты: кто-то предпочитает вечеринке чтение книги (интроверсия), кто-то ставит красоту выше логически доказуемого (чувство). Подчеркивая важность осознания своих склонностей в этих сферах, своей центральной задачей Юнг считал изучение бессознательного.

Бессознательное

Внутри каждой личности существует личное и коллективное бессознательное. Один из компонентов личного бессознательного — это упомянутые выше комплексы, подавляемые в силу своей мучительности. Восприятия (не обязательно мучительные), не осознаваемые индивидуумом, также откладываются в личном бессознательном. В этом смысле личное бессознательное является уникальным достоянием каждого индивидуума и отражает его личную историю. Коллективное бессознательное составляет основную часть души, а его содержание принадлежит всему человечеству. «Инстинкты и архетипы вместе составляют «коллективное бессознательное». Я называю его коллективным потому, что, в отличие от личного бессознательного, оно состоит не из индивидуальных и более или менее самобытных содержаний — его содержания универсальны и регулярно повторяются». Содержание коллективного бессознательного формировалось в течение бесчисленных поколений человеческого опыта (например боязнь темноты).

Архетипы

В то же время, однако, существуют компоненты сознания, присущие каждому, — архетипы. Два очень важных архетипа, находящиеся, так сказать, на границе личного и коллективного бессознательного (они обнаруживаются в каждой личности, но формируются индивидуальным образом), — это персона и тень. Персона — это социально и личностно приемлемая маска (таково значение латинского слова), показываемая другим и, в известной степени, самому себе. Не будучи «подлинной» личностью, персона необходима для жизни в человеческом обществе и фактически представляет собой компонент подлинного Я. Угроза для личности состоит в том, что она может настолько полно отождествить себя со своей персоной, что подлинное Я останется нереализованным, либо создать недостаточно эффективную персону, обрекая себя тем самым на неполноценность в этой области.

Тень — это часть личности, содержащая элементы, противоположные тем, которые показывает миру персона. Поэтому она скрывается от мира и сознания. В обыденном сознании тень мыслится неизбежной «темной стороной» или злом в душе личности, которые появляются во сне в обличье убийц, чудовищ и т.п. Хотя, как правило, это и так, Юнг указывает, что дело необязательно обстоит именно таким образом. В «дурной» личности тень может воплощать такие качества, как порядочность, доброта, нормальные реакции. Индивидуум должен признать и постичь свою тень, ибо в противном случае она будет жить в нем своей жизнью. В сновидениях тень всегда появляется в облике лица того же пола, что и сновидец (хотя не каждый персонаж того же пола, что и сновидец, является воплощением его тени).

Наряду с персоной и тенью существуют также анимус и анима, или мужская сторона женской души и женская сторона мужской души соответственно, обеспечивающие — в той мере, в какой они получают надлежащее выражение — «цельность» личности. Существование этих элементов, в индивидууме делает возможным осмысленное взаимодействие между полами, а также в известной степени предопределяет склонность или неприязнь к конкретным представителям противоположного пола. Так, на мужчину в его отношениях с женщинами влияет не только опыт общения с матерью (который тоже отчасти обусловливается врожденной анимой), но анима как «вечный образ женщины», вечной женственности, входящей в состав коллективного бессознательного. Немало нападок вызвали «сексистские» допущения Юнга, согласно которым анимус связан прежде всего с функцией мышления» а анима — с функцией чувства. Анима и анимус имеют решающее значение в качестве вестников коллективного бессознательного. Юнг писал: «Анимус и анима должны функционировать как мост, как врата, ведущие к образам коллективного бессознательного, тогда как персона должна быть своего рода мостом в мир».

Другие архетипы коллективного бессознательного обнаруживаются в мифах, религиях, народных сказаниях и т.п. и воплощаются в таких антропоморфических фигурах, как трикстер (обманщик), мудрый старик, мать-земля. Репрезентацией некоторых архетипов являются луна, озера, смерть, магия, оружие и так далее. Архетип не является изображением per sel{1}, это — «возможность определенного типа восприятия и действия». Эта возможность облекается в образ, присущий культуре индивидуума. С присутствием архетипов нельзя не считаться, так как в этом случае они заживут своей жизнью, превратятся в комплекс и начнут влиять на сознательную жизнь индивида. Так, комплекс мудрого старика может стать преобладающим в самосознании и поведении индивида, превращая его в несносного всезнайку. Но если бы этот архетип был признан и включен в структуру личности, тогда его носитель мог бы стать, к примеру, хорошим учителем или полезным советником.

Кульминацией юнговских исследований архетипов явилось открытие архетипа самости. Самость — это центр бессознательного и организующий принцип личности. Он представляет собой, если можно так сказать, и недиференцированное единство начала личности и интегрированное единство, или цель жизни индивидуума. Религиозные символы, особенно мандала, часто служат образами единства, к которому стремится душа и которое представлено в архетипе самости. Я, как центр сознания, должно выявить, признать и выразить послания бессознательного. Элементы, оставшиеся за пределами сознания, не смогут сыграть полагающуюся им роль в процессе индивидуации.

Индивидуация

В основе учения Юнга находится идея о том, что каждой личности присуща тяга к цельности, или индивидуации. Как само творение имеет цель и направление, точно так же каждый человек изо всех сил стремится к своему предназначению, или интеграции личности, причем эта цельность достигается в различной степени и различными способами в зависимости от конкретного лица. Эта тяга проявляется в процессе индивидуации, протекающем, как правило, в зрелом возрасте, после прохождения предыдущих, более материалистичных стадий эволюции личности. Как внешние, или социальные и природные, факторы могут приносить пользу или причинять ущерб росту тела, точно так же внешние факторы оказывают благотворное или вредное воздействие на материализацию этой врожденной тяги и процесса индивидуации. Генетические предрасположенности также создают препятствия индивидуации. Для полного развития личности необходимо, чтобы полностью развилась, или индивидуировалась, каждая ее грань, которую индивид должен ввести в свое сознание. Абсолютное самоосуществление если и достижимо, то в крайне редких случаях.

Различные элементы индивидуированной личности не только полностью развиты, но и гармонично слиты друг с другом. По мере того как индивид осознает и выражает эти бессознательные грани, они сами развиваются все более полным образом. В процессе этого в игру вступает и так называемая «трансцендентная функция» (также присущая личности), примиряющая противоположности таким образом, что личность действует, опираясь уже не на ту или иную противоположность, но сразу и самопроизвольно на обе, то есть на интегрированную самость. Тогда как Юнг считал индивидуацию процессом, свойственным прежде всего зрелому и пожилому возрасту, современные юнгианцы склоняются к мысли о том, что она начинается еще в детстве. Порыв к индивидуации усиливается в зрелом возрасте, и на этот процесс благотворно или пагубно влияет многообразный жизненный опыт.

Толкование сновидений

Поскольку ключевым пунктом юнгианской психотерапии является индивидуация, большое значение в этом процессе приобретает толкование сновидений, так как они мыслятся манифестациями — можно даже сказать, посланиями — бессознательного, которые компенсируют пробелы в яви индивидуума. Запомнившиеся сны могут внести более непосредственный вклад в индивидуальное стремление к целостности, Путем исследования и осмысления символов и структуры сновидений человек способен осознать и удовлетворить потребность в развитии недостающих или неразвитых сторон своей душевной жизни, находящих свое выражение в сновидениях. Аналитик помогает развернуть (amplification) сновидение с помощью «направленной ассоциации» и отсылок на схожие ситуации в сказках, мифах, религиях и так далее. Направленная ассоциация учитывает спонтанные связи, устанавливаемые на основе материала сновидения и к нему возводимые. По мнению Юнга, «свободная ассоциация» Фрейда способна слишком легко увести от стержневого смысла сновидения.

Индивидуум может также использовать активное воображение для усиления контакта с различными элементами сновидения. Так, можно вспомнить персонажа из сна и вступить с ним в беседу, либо подхватить сновидение с конца и продолжить его в своем воображении, тем самым заручившись присутствием образов из сна в яви и облегчив (гармонизировав) контакт между сознательным и бессознательным. В обычных условиях эта методика используется на более поздней стадии психотерапии и применяется с более зрелыми индивидуумами. Можно также заниматься физической деятельностью, символизирующей недо- или неразвитые аспекты личности. Юнг, например, занимался живописью и гравированием, выражая с их помощью бессознательные порывы. Индивидууму, в котором преобладает функция мышления, возможно, следует рекомендовать танец или пение. Эти занятия не только позволяют осознать элементы бессознательного, но и дать выход, так сказать, неразвитой функции.

Во всем этом акцент делается не на индивидуацию как таковую, но на самопознание и самовыражение. Самоосуществление, таким образом, оказывается чем-то вроде побочного продукта данного процесса.

Сосредоточившись на примирении противоположностей и синтезе всех компонентов личности в одно гармоничное целое, Юнг во многом напоминал алхимиков, которыми он был не на шутку увлечен. И действительно, мы вправе говорить, что во многих отношениях он был гностическим алхимиком; в книге «Воспоминания. Сны. Размышления» сам Юнг прямо связывал свое творчество с алхимией: «Я очень скоро [после напряженного изучения гностицизма и алхимии] увидел, что аналитическая психология прелюбопытнейшим образом совпадает с алхимией. Опыт алхимиков был, в известном смысле, и моим опытом, их мир — моим миром. Разумеется, то было открытие исключительной важности, ведь я натолкнулся на исторического двойника моей психологии бессознательного. Возможность сопоставления с алхимией и неразрывная преемственность с гностицизмом обогатили содержание моей психологии. Когда я углубился в эти древние тексты, все встало на свои места...»

Благодаря своей открытости и увлечению религиозными и духовными проблемами Юнг обрел последователей не только в лице психологов и психиатров, но и в лице священнослужителей многих религий. Хотя в статье под названием «Психоанализ и целение душ» Юнг провел ясное различие между анализом и пасторским попечением, к его творчеству обращается все большее число священнослужителей, находя в нем глубокий интерес к душе человека и приятие вещей, обычно cчитающихся «духовными», трансцендентными или сверхъестественными. Нужно, однако, как можно яснее отличать друг от друга его личные взгляды на религию и его психологические наблюдения и теории.

Библиография

Юнг К.Г., Психоз и его содержание, Спб., 1909.
Юнг, К.Г., Психологические типы, М., 1924.
Юнг К.Г., Архетип и символ, М., 1991.
Юнг К.Г., Феномен духа в искусстве и науке, М., 1992.
Юнг, К.Г., Психология бессознательного, М., 1994.
Аверинцев С.С., Аналитическая психология К.Г. Юнга и закономерности творческой фантазии // Вопросы литературы, 1970, № 3, с. 113—143; «О современной буржуазной эстетике», вып. З.М., 1972, с. 110-155.
Hall, C.S., Nordby, V.J., A Primer of Jungian Psychology, New York: New American Library, A Mentor Book, 1973.
Jung, C.G., ed., Man and His Symbols, New York: Dell, 1964.
Serrano, M.C., Jung and Hermann Hesse: A Record of Two Friendships, London: Routledge & Kegan Paul, 1966.

Великие мыслители Запада. — М.: Крон-Пресс, 1999

{1} Здесь: в чистом виде (лат.).